Нескучная работа – интервью с частным исполнителем Екатериной Шмидт

Информационно-аналитическое издание iKontrol взяло интервью у частного исполнителя Екатерины Шмидт.

Я все больше погружаюсь в процесс работы частных исполнителей. Сегодня их называют «big bosses», потому что работают они, как говорят, гораздо эффективнее, чем государственные исполнители. Попробуем выяснить – так это или нет. Также интересно узнать, с какими законодательными пробелами и сложностями сталкиваются частные исполнители во время взаимодействия с государственными органами. Об этом сегодня говорим с частным исполнителем Екатериной Шмидт.

К Екатерине мне посчастливилось приехать в ее уютный офис в центре Киева.

Меня угостили ароматным чаем и вкусным черным шоколадом. Искренняя улыбка и хрупкий внешний вид – даже не скажешь, что Екатерина проходит круги ада под названием «исполнение судебных решений». Проработав несколько лет государственным исполнителем, Екатерина Шмидт прошла обучение и успешно сдала экзамены на частного исполнителя.

Я: Ты занималась международной частной юридической практикой около 7 лет. Почему решила перейти в государственный сектор, начав с Государственной исполнительной службы?
Е: Я работала в компании и занималась проектом по Киотскому протоколу, который закончился для Украины в 2014 году. Работа стала скучной и неинтересной. Решила сделать «ход конем» и стать государственным исполнителем. Чуть позже был создан частный институт, что меня очень обрадовало, и я пошла в бой.

Я: Зная специфику деятельности государственного исполнителя, в чем разница работы частника и госа? Сложнее стало работать и проще?
Е: Все по-другому. У частного исполнителя очень высокая ответственность. И несовершенное законодательство дает о себе знать. Часто бывает, что частные исполнители остаются без вознаграждения. Когда принимали новый Закон «Об исполнительном производстве», многие нюансы не были учтены. Похоже, не хватило практиков для реализации реформы института частных исполнителей. Но это нормально. Не бывает так, что бы реформа проходила без сучка и задоринки.

Я: Многие эксперты говорят, что институт частных исполнителей в Украине может работать по примеру европейского опыта?
Е: У наших частных исполнителей хорошая мотивация для работы, но и затраты не маленькие. Даже при налоге в 42 процента частный исполнитель может достойно зарабатывать. Европейский опыт нужно перенимать, но учитывать особенности нашего государства тоже необходимо.

Я: Как понять, что частник может не получить вознаграждение? В каких случаях это может произойти?
Е: Бывает, что законное получение вознаграждения заходит в тупик. Есть непродуманные нюансы.

Я: Какие?
Е: Например, за приведение в действие Постановления об исполнении иска не предусмотрено основное вознаграждение, а только дополнительное. Или в некоторых случаях, когда частный исполнитель работает с взысканием долга, должник в свою очередь находит деньги, кладет их в банк для погашения долга. Часть этих денег – это вознаграждение частника, для этого он должен их взыскать, что бы что-то заработать. А в законе не прописано право на взыскание частника в отношении себя. Нужно искать другого исполнителя, чтобы он изъял для себя. И этот процесс может затягиваться, а денег в результате не оказывается на счету должника. И частник остается без заработка.

Я: Как ты избегаешь таких рисков?
Е: Желательно заключать соглашение о дополнительном вознаграждении или дополнительных условиях с взыскателем. В данный момент законодательство в этом направлении дорабатывают, а частные исполнители пытаются сформировать общую исполнительную практику во избежание рисков.

Я: Взаимодействуют ли между собой частные исполнители?
Е: Конечно, касательно работы в других регионах. Например, работник полиции звонит, и сообщает, что машина найдена в другом регионе. И в таком случае я звоню частному исполнителю того же региона и договариваюсь с ним, чтобы он наложил арест на транспортное средство, а также об условиях и вознаграждении. Это можно сделать за один день. А государственный исполнитель делал бы это месяц.

Я: Есть проблема внедрения механизма передачи дел от государственного к частному исполнителю?
Е: Да, но это можно решить только на законодательном уровне. Еще существуют сложности при взаимодействии частного и государственного исполнителя в рамках одновременной работы касательно одного и того же должника. Минюст сейчас разрабатывает специальные приказы в этом направлении. Один из предложенных вариантов – обязать частных исполнителей при открытии производства проверять наличие исполнительного должника в ГИС и автоматически передавать дело по этому делу в государственные органы. Не следует забывать, что 80 процентов дел, по которым открыты производства, уже находятся в ГИС. При таких изменениях частникам грозит стать статистами, что может похоронить реформу частных исполнителей.

Я: Я знаю, что такие изменения касаются статьи 30 Закона «Об исполнительном производстве». Для чего это нужно?
Е: Я не понимаю, что этим хочет сказать Минюст. Но мы не должны допустить таких новаций. Монополии ГИС допустить нельзя. Для чего мы тогда запускали институт частных исполнителей? Лишь для галочки?

Я: Как могут повлиять на ход событий частники?
Е: Частники предлагают внести свои ремарки, общее сотрудничество между частниками и госами. Главное то, что забирает деньги тот исполнитель, кто первый выполнил дело. Но это еще все на плаву… Я не принимала активного участия в этом процессе.

Я: Конкуренция появилась между частниками и государственными исполнителями?
Е: Да, как мне известно, появилась. По моим наблюдениям, государственные исполнители начали активнее работать.

Я: Если говорить об экзаменах на частника. Справедливо ли, что с принятием приказа №2905/5 от 18.09.2017 Министерство юстиции Украины усложнило условия для кандидатов на получения профессии «частный исполнитель». В частности, было сокращено время на сдачу экзамена, удалены с публичного доступа тестовые вопросы экзамена и установлен минимальный проходной балл на третьем этапе. Неужели такие изменения были панацеей?
Е: Это меня конечно смущает. но я не знаю ответа на этот вопрос. Могу сказать одно: всем желающим стать частным исполнителем нужно было сдавать экзамены в первых волнах обучения новой профессии.

Я: Так ты не считаешь, что частники должны отстаивать равенство в получении профессии частного исполнителя?
Е: Это мы стараемся делать. Могу сказать, что нелегко пробивать стену новому институту.

Я: Как переиграть такой процесс реформы? Возможно ли?
Е: Мы, частные исполнители, предлагаем свои поправки в законодательство в содействии с Ассоциацией частных исполнителей, разговариваем с Минюстом об этом. Пока что Минюст только слушает наши предложения, но основательных решений не принимает.

Я: Легко вам, частникам, взаимодействовать с Минюстом и правоохранительными органами?
Е: У правоохранительных органов изначально своя жизнь. Полиция, в свою очередь, нормально воспринимает новый институт частных исполнителей. Некоторым структурам нужно объяснять, что мы не государственная структура и заинтересованы в быстром получении тех или иных документном, исполнении судебных решений, проще говоря – готовы работать без замедлений.

Я: В некоторых странах при частных исполнителях работают правоохранительные органы, может Украине стоит перенять такой опыт?
Е: Это было бы очень удобно. Я сталкивалась с тем, что полицейские зачастую не понимают, что им делать, например, при выезде с исполнителем к должнику.

Я: Мне говорили государственные исполнители о том, что полиция не особо склонна содействовать их работе, что скажете об этом?
Е: Полиция вынуждена взаимодействовать с судебными исполнителями, но рьяного желания к взаимодействию не изъявляет. У меня на практике был случай, когда я передавала транспортное средство и полиция приезжала-уезжала 4 раза. Вышло, что полицейские поочередно вызывали друг друга. По крайней мере, было чувство присутствия правозащитников при общении с не очень доброжелательным должником.

Я: Не бывает чувства страха при выезде к должнику, разные ведь люди бывают?
Е: Обычно я выезжаю к должнику в присутствии понятых, также полицию подключаю. Нужно быть уважительным при общении с должником, насколько это возможно. Плюс оценивать ситуацию нужно критично. В некоторых обстоятельствах люди идут на диалог, тогда можно войти в квартиру и совершить, к примеру, опись имущества (Улыбается). Иногда нужно проявлять хитрость, включать навыки знания психологии.

Я: Про какую хитрость идёт речь?
Е: Необходимо учитывать настроение должника, и вести себя соответственно с этим. Чувствовать ситуацию. Человечность никто не отменял.

Я: Были какие-то казусы при общении с должниками?
Е: Постоянно новые ситуации возникают. Новый опыт. Ничего заурядного не могу припомнить.

Я: Сколько стоит обеспечение независимой деятельности частного исполнителя?
Е: Аренда офиса в среднем 15 тысяч гривен. Добавим расходы на содержание офиса, работу помощников, оплату телефонных счетов, плату за реестр частных исполнителей – в итоге набегает немаленькая сумма.

Я: Сколько у тебя исполнительных производств на сегодня?
Е: Около 50.

Я: Хватает на одного исполнителя столько дел? (Я знаю, что у частных исполнителей в среднем около 100 производств)
Е: В зависимости от сложности исполнительных производств. Бывает, одно дело может прокормить частника несколько месяцев. Смотря у кого какой стиль: кто-то берет количеством, к примеру, много мелких дела, а другой – наоборот предпочитает неумного производств, но на солидную сумму взыскания.

Я: Какого рода у тебя в основном дела? Свой стиль уже выработала в разрезе открытия исполнительных производств?
Е: У меня в арсенале преимущественно производства, касающиеся ипотечного имущества. Также много работаю с банками, юридическими и физическими лицами. Весомая часть дел касается взыскания долгов. Случается, что попадают производства не имущественного характера, но крайне редко.

Я: За какие дела ты не берешься?
Е: В основном это касается взыскания с физического лица должника. Информацию о нем можно изначально посмотреть в реестре должников. И таким образом станет понятно, что у должника есть что-то за душой или нет. Очень часто подняв информацию о физическом лице становится понятно, что здесь ничего не выгорит и дело, как говорится, не стоит свеч.

Я: Что на твоей практике обычно делал должник, что бы усложнить твою работу по взысканию долга?
Е: Обычно должник пытается оспорить действия частного исполнителя, чтобы запутать процесс взыскания. Здесь зависит от грамотности должника и правильной реакции на такие действия. Частник должен быть уверен, в том, что действует по закону.

Я: Кто быстрее станет успешным частным исполнителем: адвокат, юрист или государственный исполнитель?
Е: Здесь нельзя сказать однозначно. Многие опытные адвокаты могут нанять хорошего помощника, чтобы закрыть пробелы в знаниях по исполнительному производству. А государственные исполнители хорошо знают «кухню» исполнения судебных решений, но порой не готовы работать самостоятельно. Больше того, зависит от того, как организуешь работу. Но и про личные качества каждого не стоит забывать.

Я: Неавтоматизированная работа частного исполнителя является большим недочетом реформы исполнительной службы. Какие проблемы может решить появление автоматизированной системы ареста имущества и счетов?
Е: Отсутствие автоматизированной системы усложняет и затягивает нашу работу. Когда мне удалось побывать на практике в Литве и я увидела, как слажено работает институт частников там, и как быстро у них все работает. Я была, мягко говоря, шокирована. Но здесь нужно учесть, что Литва меньше по размерам государство, чем Украина, и там достаточно 80 частных исполнителей, а нам нужно минимум тысяча.

Я: Какие ещё расхождения вы увидели между институтами частных исполнителей Украины и Литвы?
Е: В Литве в связи с использованием автоматизированных систем, все делается одним кликом пальца. По большей мере это касается ареста счетов. Приведу пример. В банк отправляются арестованные счета. Система автоматически снимает деньги, и проверяет поступления. И деньги можно взыскать. Для этого нужно буквально несколько часов и никакой возни с документами. У нас для этого надо 10 согласований, печатей, подписей, 150 постановлений, в особенности это касается физических лиц. Сложности такого рода, в большей степени, имеют место при работе с физическими лицами. Главная проблема в том, что счета физических лиц не фиксируются в Налоговой. В данном случае частный исполнитель должен «ловить» счета физических лиц. Поэтому автоматические реестры – это необходимость.

Я: Пока об автоматизированной системе ареста счетов и имущества только говорят, как я понимаю.
Е: Я себя чувствую в каменном веке. Остается большая часть формализованных норм, а оптимизация нашей работы до сих пор является мечтой.

Я: Появления Ассоциации частных исполнителей способствует успешной работе частников?
Е: Конечно, появление Ассоциации – это огромный плюс. Ассоциация частных исполнителей сотрудничает с международными и государственными организациями, вносит предложения по законопроектам касательно реформы частных исполнителей.

Я: Перешли ли банки от коллекторов к частникам? И насколько спрос на коллекторские услуги просел?
Е: Да, конечно, банки теперь клиенты частников. А с коллекторами я не сталкивалась, поэтому ничего не могу сказать об этом.

Я: Недавно появилась информация о перспективе сотрудничества Фонда гарантирования вкладчиков физических лиц с частными исполнителями?
Е: Сейчас проходит зарождения такого сотрудничества. Насколько мне известно, формируются пакеты для работы ФГФО с частными исполнителями.

Я: Спасибо за интервью Екатерина. Желаю вам успехов в работе.
Е: И вам.